Шито Сицянь и Цинъюань Цинси

Хуэйнэн умер в Цаоси в 713 году, оставив после себя более сорока преемников Дхармы. Многие из них, по-видимому, удалились в горы, оставив жизнь и преподавательскую деятельность в существующих чанских монастырях, которых в те ранние времена было немного. Но двое учеников Хуэйнэна передали Дхарму от ума к уму от Шестого Патриарха двум ведущим предкам всех сохранившихся школ чань в Китае: первый, Наньюэ Хуайчжан (677-744), стал учителем Мацзу, а Цинъюань Цинси (660-740), который преподавал на горе Цинъюань (в монастыре) в Цзянси, назначил Шитоу Сицяня своим преемником в Дхарме в 740 году.

О Цинси в исторических трудах чань периода Сун написано немного, хотя в «Цзинъдэ чуань» дэнлу конкретно говорится, что он был главным учеником Хуэйнэна. Это привело к тому, что некоторые историки предположили, что Цинси был выдуман историками Сун для документирования подлинной преемственности между преемниками Шитоу и Хуэйнэном. Но с таким же успехом может быть и так, что о нем просто мало что было известно. В любом случае, биография и записи Цинси содержат важную информацию о Шиту Сицяне. Особенно интересен тот факт, что Шиту, который покинул Хуэйнэн в возрасте 13 лет, в этом тексте показан уже явно пробужденным, так что цель Цинъюаня состоит лишь в том, чтобы проверить его понимание и передать ему преемственность в Дхарме.

Когда Шестой Патриарх лежал при смерти, молодой монах по имени Сицянь спросил: «К кому я пойду после твоей смерти?» Шестой Патриарх ответил: «Ты сам ответишь на этот вопрос».

После смерти Шиту спокойно сидел в медитации, словно умер сам. Настоятель сказал ему: «Учителя больше нет, зачем ты сидишь?» Шиту ответил: «Так он мне и велел». Главный монах сказал: «Твой учитель теперь Цюнси, который живёт в Цинъюане. Он будет наставлять тебя с этого момента — ты только запутаешься, если будешь оставаться один». Шитоу принял совет, поклонился мощам Шестого Патриарха и отправился в монастырь Цинъюань.

Цинси спросил Шитоу, откуда он приехал. Шитоу ответил: из Цаоси. Цинси спросил: «Что ты взял с собой?» Шитоу ответил: «У меня было всё необходимое, прежде чем я отправился в Цаоси». Цинси сказал: «Если так, зачем ты туда поехал?» Шитоу ответил: «Если бы я не поехал туда, откуда бы я об этом узнал?»

Шитоу спросил Цинси: «Ты знал учителя из Цаоси?» Цинси сказал: «Ты меня знаешь?»

Шитоу сказал: «Если бы я знал тебя, я бы тебя понял?» Цинси сказал: «У меня много коров с рогами, но только один единорог». [Цинси говорит, что у него много учеников, но Шитоу уникален среди них.]

Затем Шитоу спросил: «Когда ты сюда попал после того, как покинул Цаоси?» Цинси ответил: «Я не помню, чтобы покидал Цаоси». Шитоу сказал: «Я не повиновался господину Цаоси, придя сюда».

Цинси сказал: «Я прекрасно знаю, откуда ты пришел [т.е. из пустоты]». Шитоу сказал: «Мне очень повезло, что ты обладаешь этим пониманием».

Позже Цинси снова спросил, и Шитоу ответил: «Из Цаоси». Цинси поднял свой венчик и спросил: «Есть ли что-то подобное и в Цаоси?» Шитоу сказал: «Ничего подобного нет во всей Индии, не говоря уже о Цаоси». «Ты не был в Индии, так откуда ты знаешь?» «Если бы я был в Индии, то это бы существовало», — возразил Шитоу. Цинси сказал: «Ничего подобного никогда не существовало. Объясни мне это подробнее». Шитоу сказал: «Тебе следует объяснить кое-что самому, а не полагаться полностью на меня». Цинси сказал: «Дело не в том, что я не буду говорить за тебя — просто никто не поймет, о чем я говорю».

Цинси поднимает церемониальный венчик, обычно сделанный из белого конского волоса, прикрепленного к деревянной ручке, который носит настоятель храма. Этот диалог подробно комментируется японским мастером Сото Кэйдзаном (1268-1325) в «Дэнтороку» («Передача света»). Смысл истории таков: Цинси пытается заставить Шитоу забыть истинную природу явлений. В Цаоси, как и в Индии, по сути ничего не существует, кроме пустоты. Но Шитоу не позволит себя обмануть, заставив его сделать дуалистическое утверждение о пустоте, что, конечно же, изначально невозможно, если только Цинси не пойдет первым!

Цинси попросил Шитоу отнести письмо Хуайчжану в Наньюэ. «Ты должен быстро вернуться после того, как доставишь письмо. У меня есть топор, который я дам тебе, когда ты возглавишь свой храм». Шитоу пошел передать письмо Цинси Хуайчжану, но сначала спросил его: «Каково это, когда учителя больше не нужны, но собственное понимание не признано?»

Учитель Хуайчжан сказал: «Это действительно сложный вопрос, неужели нельзя задать что-нибудь попроще?»

Шитоу ответил: «Даже если бы я перерождался бесконечно, я не смог бы достичь освобождения, следуя за учителями». Хуайчжан молчал, и Шитоу вернулся к Цинси.

Цинси спросил: «Ты отсутствовал недолго. Ты передал моё сообщение?» Шитоу ответил: «Нет, никакого сообщения не было передано, и никаких новостей не сообщалось». Цинси спросил: «Что ты имеешь в виду?»

Шитоу рассказал о том, что он сделал, а затем сказал Цинси: «Ты сказал, что дашь мне топор. Когда я уйду отсюда, иди и принеси его мне сейчас же». Цинси встал со своего места. Шитоу Сицянь поклонился и тут же отправился на Южную гору.

Топор в Китае — символ власти. Возможно, имеется в виду какой-то церемониальный топор.

Упомянутые здесь «учителя» больше похожи на духовных авторитетов или экспертов — китайское слово иногда переводится на английский как «мудрецы» или даже «святые».